21 БВ. Наталья Крюкова. Венский вальс

 

Наталья Крюкова

 
 
ВЕНСКИЙ ВАЛЬС
 
Рис. Маши Нисановой 
 
 
                  *
 
Стой тихо: ты слышишь шаги внизу?
    Это нас арестовали, но мы
        Не узнали об этом.
Ты слышишь, чем занимаются стены?
 Здесь, в подвале, слишком прохладно.
 Вены не дрожат. Напряженно ждут вены.
 Кто хоть один раз взлетал, тот всю жизнь
 Смотрит с тоской на небо.
Сиди тихо: ты чувствуешь рюкзак под собой?
   Я протяну тебе руку,
    Я помогу тебе упасть.
 Но так, что ты не почувствуешь боли.
А очнешься — увидишь кровь на руках
           И удивишься:
Почему и на сей раз ты — это не Ты?
(Ты, наверно, думаешь также).
 
 Растворяя остриё в третий раз,
    Ты смотришь уже мимо,
    Ты уже не хочешь понимать,
    Что вот это создание
     Из эфира и мрака
          Когда-то хотело...
      Чего-то большего, чем этот грузинский подъезд.
 
    Но я люблю эту тень на стене,
      И лестницу — на 5 шагов вверх
       Взлетает — и я улыбаюсь.
      Знаешь, ведь тень от лифта —
          Это лестница в небо,
         На каждой ступени — слово.
        Пальцы и губы беззвучно поют одно.
        Попытайся выговорить нет
         Деревянным ртом — и ты
         Снова окажешься в этом подъезде.
        Остаточно возвращается сознанье,
        Как зимой стихи, ненужные летом.
                 Но это
                 Только обрывки
        Свами, вам ненужных снов.
         И я наконец-то вспомню
       Правильное написание этих 16-ти слов.
 
 
 
               *
 
Зябко поведя плечами,
 Пьешь горячий шоколад.
    Это кухня. Это утро.
    Холодок эфирный в теле.
     Обнимай себя за плечи.
      Холоднее, чем вчера.
     Хмуро, хмуро, очень хмуро.
      И обидно — до чего.
      Что всегда — одно и тоже
       По утрам — одно и то же:
       Тупо в чашку шоколада
         Повторяю: "Ни за что".
      Ну а ночь опять потащит
        В ту прокуренную келью
          Мультики смотреть на стёклах
            И тихонько подыхать.
 
                      *
 
Я не верю в магию медных браслетов.
 Зато слезы во сне и душащая нежность —
        Это ль не радость?
   Что так расстроило тебя?
         Моя гитара
            Давно уже...
        Куда не загляни —
        Здесь в каждой дверке
             Миллион расстройства.
      Всё ёжатся и зырят из углов
         Чужие паучки; пустяшные дела.
      Сначала мы закончили в начале,
        Потом мы начинали без конца,
            И все молчали.
             Каменные, злые,
          И в играх смерти мастера большие.
           Она сама не раз нам
                ставила четверку
        В засаленной графе: "Твоя игра".
             Мы были там.
              Не узнавали. Выли.
            Раскаивались утром,
                Днем бродили,
            А ночью бредили и бередили
               Те раны, не зажившие с утра.
                 Барахтались в стекле,
                    Щетинились и злились —
                  Он на нее, и каждый на себя.
                  А рядышком ручьем
                     Текли моя, твоя,
                       Эфирная...

 

[к содержанию]