Великий магистерий и Умное делание

Александр Иванов

Свив гнездо в щели скалы, Юпитера птица 
Скрылась и птенцов своих кормила в темнице. 
Был один летуч и взмыть в небеса пытался. 
Брат был гол и лишен крыл - за брата цеплялся. 
Так летун упал назад. Ты же каждой птице 
Голову и хвост из двух сведи в единицу.

Михаил Майер «Убегающая Аталанта», эпиграмма VII (пер. В.И. Карпца http://www.karpets.ru/atalanta)

К значению этой эпиграммы мы обратимся ниже. Сначала же, как предуведомление к заявленной в заголовке темы, рассмотрим несколько иных вопросов.

Всем известно, что в книге Бытия (1:26), говорится о том, что Бог сотворил человека по своему образу и подобию. Причем употребление в данном месте св. Писания притяжательного местоимения, обозначающего самого Бога, во множественном числе («по образу Нашему [и] по подобию Нашему»), имплицитно указывает не только на Тройственность Божества, но и распространяет эту тройственность на эго «образ и подобие», т.е. на самого человека. То, что непосредственно в тексте, мы не встречаем прямого указания на число 3, а только множественное число – это, как уже указывалось нами в другом месте – совершенно объяснимо, в силу того, что излишне, поскольку именно тройка несет в себе в наиболее простом виде, качественное определение любой множественности, и не является суммой единицы и двойки.

Именно поэтому в наиболее архаичных языках всегда различалось единственное, двойственное и множественное числа. Но вернемся непосредственно к нашему вопросу.

Св. Иоанн Дамаскин в своем «Точном изложении Православной веры» (1, XII) комментирует этот отрывок следующими словами: «…Бог из видимой и невидимой природы Своими руками творит человека по Своему образу и подобию. Из земли Он образовал тело человека, душу же разумную и мыслящую дал ему Своим вдуновением. Это мы и называем образом Божиим, ибо выражение: по образу — указывает на способность ума и свободы; тогда как выражение: по подобию — означает уподобление Богу в добродетели, насколько оно возможно для человека».Образ – по гречески ε?κ?ν («икона») указывает на свойство человеческой природы, а именно на его ум и свободу, как не-сущностное сходство Бога и человека, т.е. некий символ (σ?μβολον) Бога, отражение Его в мире, но не Его природа непосредственно. В этой «образности» мира состоит основное достояние креационистких настаивающих на абсолютной транцендентности Творца, не имеющего с сотворенным миром общей части. Мир – отражение Божества в вызванной из Ничто, «безвидной и пустой» первоматерии, в «нижних водах» Бытия. Отражение, прошедшее через искривляющую линзу «духов воздуха».

Несколько отступая от темы, добавим еще, что восприятие мира и Бога, как некоего симболона, расколотой надвое монеты, с конгруентными краями, в той или иной степени характерно для всех сакральных традиций, в том числе и т.н. «языческих». Только в так называемом «неоязычестве» , которое напрочь забывает о трансцендентности Абсолюта, сама искаженная (в существе своем – как в креационистких доктринах или иллюзорно – как в манифестационизме), нижняя половина этого симболона, объявляется цельным, самодостаточным, восстановленным симболоном, – в чем конечно отрицается болезнь мира, его коррозия, и, как закономерное следствие «злые креационисты» обвиняются в умалении мира и человека. Что можно возразить на это? Отрицая зло мира, его болезнь, его искажение, в конечном итоге отрицается сама смерть, и объявляется лишь метаморфозой. Но отрицая «последнего врага» на словах любой человек не может не ощущать ужаса ее дыхания – и в этом раскрывается ложь крайнего манифестационизма.

Сейчас коснемся темы «подобия». Когда мы слышим это слово на ум приходят аллюзии отсылающие к некой театральной постановке, притворству, к жалкому характеру самой природы этого подобия… Однако в церковно-славянском и древне-русском языках это слово несло семантику «приличия», «пристойности», «достоинства» (по этому поводу см. напр. «Словарь…» В. Даля). Под «подобием», и в приведенной выше цитате св. Иоанна Дамаскина подразумевается почти полное экзистенциальное тождество различных сущностей. Эта способность к уподоблению в основании своем имеет свободную волю; и во власти человека сделать из себя подобие Ничто, объявив или неосознанно объявив это Ничто Богом – а отсюда и гордыня и сеяние смерти вокруг себя такими людьми, иногда возводимое в культ… Но, напротив, тот кто уподобляется транцендентному Богу, являет в своей жизни синергию своей воли с волей Всевышнего, в конце концов являет в своем бытии Его бытие. И таких человеков мы называем «пре-подобными». Это подобие человек распространяет вокруг себя на окружающий мир. На словах это делают поэты, когда неодухотворенные вещи этого мира начинают сострадать, понимать, любить и т.д.; но тот, в ком явленно Божество, т.е. в том в ком происходит Теофания (Θεοφανεια), приобретает способность к теургическому действу непосредственно.

Примеров тому великое множество приводится в житии святых, и перечислять их здесь не имеет смысла. Укажем лишь на самые простые формы теургии, доступные по воле Божества даже самым простым людям – и нам с вами в т.ч. Теофания по-славянски – Богоявление, и сразу приходит на ум «Богоявленская Святая вода» или «Великая Святыня (греч. Αγ?ασμα)». Согласно Православной традиции – любая ее часть, смешанная с каким угодно количеством простой воды, всю ее превращает в Агиасму. То есть, в данном случае любой человек, по воле Божией, допущен к оперированию с качественным аспектом вещества, совершенно игнорируя количественный аспект, и проделывать по-существу тоже, что сделал Христос на Браке в Кане Галилейской, превратив обычную воду в вино, что произошло в тот же день года, что и Богоявление. Совершенно понятно, что вот такое обычным людям уже невозможно, но это замечание совершенно не качается святых… т.е. тех кто завершил «Великое делание» или достиг Исихии  (от греческого  ?συχ?α — «покой», «безмолвие», «отрешенность»), через погружение ума в сердце, после чего в Имени Христа звучащего в сердечной молитве открывается Он сам.

Мы не случайно привели в начале статьи VII эпиграмму Михаила Майера и начали с понятия о Множественности. Именно в христианстве: Исток – это Бог-Отец, с которым символически связана цифра 1, «все, что угодно только не 0»; порождает Бога-Сына, «двойственного» по своей природе – Бого-человека; и Он изводит от Отца Духа Святого, связанного с цифрой 3 и множественностью Божественных даров, на иконах часто изображаемого в виде орла. Мы можем сейчас понять: что или вернее Кто, подразумевается под «птицей Юпитера», ведь имя этого римского божества, Царя Золотого века (Ju:piter, вариант Jovis Pater) непосредственно этимологически происходит от обозначения «Бога-Отца» в праиндоевропейской монотеистической Традиции - *Deiwospater(о чем более подробно писалось в «Путях Австразии»).

Клод д’Иже (см. «Новая ассамблея химических философов», в пер. О. Фомина в альманахе «Бронзовый век» № 24) пишет об алхимической первоматерии так: «Нашу материю, следует извлекать из другой оболочки, представляемой под видом камня, ядром которой она является». На гравюре в сочинении М. Майера – она обозначается как скала или черный камень, в тексте эпиграммы «темница» - обычные обозначения для тварного мира в различных традициях, которые в пра-индоевропейской представлены образом Матери-Земли. «Она /первоматерия – А.И./ - грубый, черный и вонючий камень; она почти ничего не стоит; вес ее незначителен… для того, кто ее ищет, она – озарение и откровение» (Calid, в выше указ. соч.) Здесь можно привести множество цитат по-разному описывающие первоматерию алхимиков, в зависимости от аспектов в которых она рассматривается, связанных среди прочего с тем что она, как камень или руда извлекается из земли и поэтому именуется «камнем философов» и то, что она «самая любимая дитятя Сатурна» и пр. пр. Но самое главное указание доносят до нас слова Гермеса Триждывеличавого из «Книги из семи глав» об алхимическом делании, которое осуществляется только с одной вещью («UnaRe»)- первоматерией :«Действо с вами и при вас […], вы найдете его везде, где-бы вы не были – на суше или на море».

На иллюстрации к VII эпиграмме – эта первоматерия обозначена символом двух орлят – «один летуч» другой «гол и лишен крыл – за брата цеплялся». Иначе они обозначаются как летучее, женское, меркуриальное начало – «ртуть» и стабилизирующая его «сера». Мы видим ничто иное, как Уробороса – который отпустил свой хвост и указание на вторую стадию алхимического делания -  делание «в белом»(albedo). Именно поэтому птенцы на изображении белой окраски. Это сепарация (лат. separatio — отделение), за которым последует вновь соединение или брачный союз сульфура и ртути в третьей стадии – делания «в красном» (rubedo), который у Майера выражен через стих: «Ты же каждой птице / Голову и хвост из двух сведи в единицу». Уроборос вновь закусывает свой хвост. Именно этот символ является обозначение всего Великого Магистерия по-преимуществу, поскольку одновременно означает и начало и конец делания. Более подробно, описание того же самого мы находим у Василия Валентина, в предисловии к «Двенадцати ключам»: «Сооруди три великих крыла для земли […] чтобы она поднялась до небес, и даже небес небес, в высочайшие их области. Потом сожги ее крылья, чтобы земля упала в красное море и утонула в нем». Совершенно очевидно, что речь идет о трех стадиях «делания» и их завершении – погружении в красное море rubedo.

Поразительно, но в трудах св. Григория Паламы мы находим тоже самое погружение, описанное уже не символами – а совершенно открыто, как «погружение ума внутрь сердца», «обратное круговое действие ума», происходящее в микрокосме человеческого существа. Значимо то, что именно сердце – в сочинениях святых отцов определяется как источник ума, в то время как мозг связан только с рациональным рассудком. Св. Григорий прямо говорит об этом: «…сердце есть сокровенная храмина ума и первый плотский орган мыслительной силы».Это соотношение, пользуясь традиционной символикой, мы можем обозначить символами луны и солнца. Луна, т.о. будет связана с рассудком, который и есть ее свет, но он только отражение солнечных лучей. В данном случае солнце как мужское начало, мы можем связать с сульфуром алхимической традиции, а луну с ртутью.

 В алхимии, как известно, мужские гениталии изображаются виде треугольника, тогда как женские в виде окружности с полумесяцем, т.е. луноподобным знаком. Дело в том, что сульфур притягивающий к себе меркуриальную влагу – та, в принципе операция, которая представлена в православном исихазме, где речь идет о погружении ума в сердце, или как мы можем сейчас сказать лунного света в солнечный, и что можно описать как мистический брак и синергию земного (разум) и небесного (сердечный ум). То же самое символическое соответствие представлено у Иоганна Рейхлина (XV-XVIвв.) в его "Характеристике древнееврейских значений и греческих слов", как разделение двух аспектов традиционного знания: "Экзотерика: уборка вокруг дома - женское занятие"; "эзотерика: уборка в доме – мужское занятие".

В представленных примерах, также как и на иллюстрации из «Убегающей Аталанты» мы встречаемся с символами, которые, казалось-бы не укладываются в рамки универсальной мифологической системы, в которойкрылатые огненные персонажи, как правило, всегда соответствуют активному мужскому принципу. Как показательный пример можно привести орла Хресвельга из "Младшей Эдды", имя которого ознаает "Пожиратель трупов", т.е. огонь, где языки пламени - крылья. Ведь действительно если мы соединим голову крылатого птенца с хвостом, того что остается в гнезде – то символа Уробороса, как Великого Магистерия мы не получим, поскольку летучее начало меркуриальное начало или ртуть будет удерживать стабильный сульфур,  – хвост голову, а не наоборот. Для того, чтобы, как настаивает на том немецкий автор «каждой птице», «голову и хвост свести к единице», т.е. символу Уробороса, отображающего девиз En to pan или To pan to pan («Все едино», «Все во всем»), мы должны будем произвести реверсию т.е. развернуть их на 180 градусов, совершая делание «в красном» когда огонь сжигает крылья ртути, чтобы та упала в море сульфура. Собственно для этого и существует сепарация albedo.

Вечно метущийся человеческий рассудок, сделав предметом своей мысли Имя Христово, взмыв «до небес небес», должен погрузиться внутрь сердца; «когда – по словам св. Макария Великого, – Благодать займет все отделения сердца, господствует над всеми помыслами и членами, ибо там ум и все помыслы душевные».

В христианской традиции мир мыслится как макрокосм, а человек микрокосм, поэтому, говоря на языке философии платонизма, в сотворенном мире лунный, меркуриальный аспект представлен как эйдетичекая форма, а сульфурический как сам эйдос. По аналогии с этим ум может рассматриваться как манифестация сердечного импульса, эйдоса. Гермес Трисмегист говорит: «ты отделишь тонкое от грубого, нежно и с большой любовью» понятно что под тонким понимается мир мысли, под грубым мир чувства. Поскольку если в нормальном случае с мыслями мы еще сумеем управиться, то с чувствами гораздо сложнее – чувство формирует настроение и задает разуму некий вектор, в котором тот уже продолжает эманировать в первоначально-заданной траектории. Поэтому, чтобы вернуть ум к своему истоку, прежде необходимо угасить огонь чувств и страстей в своем сердце, а предметом мысли сделать Всевышнего, и только тогда откроется великий путь Возвращения. 

Так, рассматривая алхимическую символику, мы приходим к традиции православного исихазма, и «царского пути» «умного делания». Другими словами к изначальному Arsregia. И сейчас, возвращаясь к самой алхимии нам становятся понятным и само это ее «царское» обозначение. В статье «Соль Земли» уже было отмечено, что русская транскрипция имени Гермеса – «Ермий», которую мы находим рядом с его изображениями в православных храмах, повторяет имя сказочного мага Еремы, а имя и образ последнего восходит к имени одного персонажа праиндоевропейской традиции вместе с  германским божеством Ирмином, именем первого гаэльского правителя Ирландии – Эремона, индо-иранского божества Арьямана, и армянского сказочного персонажа Арэваманука. Собственно у греков его имя засвидетельствовано как Арий или Арес (микенское a-re-me-ne), и поэтому мы можем предполагать более ранее, до-греческое происхождение имени Гермеса (?ρμ?ς), связывая его с носителями культуры мегалитов, «белыми ливийцами». Если это так, тогда становится понятно, что прародитель и старший в своем роде прародитель царской династии индоевропейцев, несет с собой искусство «преестесвеннейшего обожения» (а также и явления Бога в человеке и связанными с ним чудесами тецргии), являясь прародителем «лебединой варны» Золотого Века, Сатья –юги, определяемой в индуисткой традиции как царско-жреческая.

Следует отметить также, что вместе с утратой этой варны и традиции изначального монотеизма историческая алхимия – лишь символическое отражение давно утраченного Великого Магистерия, но возвращенного в Православии как «Умное делание». Как непотаенная истина - Aλ?θεια. Тайна открытая всем, но доступная лишь единицам посвященных… 

Комментарии

мертвец аватар

"Так, рассматривая

"Так, рассматривая алхимическую символику, мы приходим к традиции православного исихазма, и «царского пути» «умного делания». Другими словами к изначальному Arsregia. "

 

Всё же лучше было бы заменить "мы" на я. Потому как мы к этому не приходим совершенно, даже давно имея такое желание. Единственная заслуживающая нашего внимания попытка найти параллели между христианством и классической алхимией была только у розенкрейцеров, подметивших истинные символические параллели. В трудах святых отцов нет великого делания, как бы нам не хотелось доказать обратное. Вывод из этого неутешителен - церковь благополучно похоронила Традицию. И это несмотря на то, что и Василий Валентин, и Парацельс, и многие другие адепты были христианами. Можно долго гадать о том, как же это произошло. На этом пути, возможно, нас даже ждут более интересные открытия...

  

мертвец

Александр Иванов аватар

...c т. з. герметизма

то, что я писал здесь - вообще нельзя было писать. Но finis mundi близок предельно, и не "ставят свечу... [и далее по тексту]". Католическая - да... церковь Пипинидов - но их "темные века" - наш свет!

Подумайте вот над чем - почему люди, изучающие алхимию и герметику - останавливаются на определенном этапе и подходят к Евхаристиии - дело не в демонической сущности алхимии - отнюдь нет... Дело в Алетейе - и когда становится ясно - что и куда надо помещать - становится понятной и недосягаемость Свершения... и если смирение останавливает - то оно же и продвигает. Повторюсь, герметика - это дело единиц из посвященных. Все мы только во внешнем дворе - закрытого дворца (даже если имеем посвящение).

мертвец аватар

 Фунисы участились, это

 

Фунисы участились, это верно. Раньше их ждали тысячелетиями, потом веками, а теперь они уже чуть ли не каждый божий день случаются.  Один фунее другого...

Да, люди подходят к Евхаристии, ну а потом идут уже дальше - к настоящим Святым Дарам. Ибо ни просфира, ни церковная теплота не дают ни подлинного прозрения, ни подлинного знания, сколь бы ни говорили об открытости христианской алетейи для всех.

Человеку свойственно останавливаться на полпути и с видом посвящённого публично и торжественно на глазах у всех прятать концы (того, что надо куда-то помещать, т.е. своих полузнаний) в воду...laugh

мертвец

Mahtalcar аватар

Ну, Вы не приходите, а мы,

Ну, Вы не приходите, а мы, стало быть, приходим... А Вы не думали, что именно из-за опасности увлечений алхимией в православном мире её заглушили (в отличие от католического, где, согласно Фомину, она была суррогатом исихазма)?

мертвец аватар

Ваш не понимайт.. Ламихия не

Ваш не понимайт.. Ламихия не эст сюр-рогат. Он эст св-ящер-ний знаний, готорий былт до потап и станет после пат-оп. Суррогайт азмы, измы и всё, что в бошку втемяшлось.

Алхмк всгд скмрх при царе, но он эст истый тзар горы Хмер...

   

мертвец

Александр Иванов аватар

А..

на великорусском?

мертвец аватар

На вот-андском

На вот-андскомsmiley

мертвец

Mahtalcar аватар

Ну вот, сами же и сказали!

Ну вот, сами же и сказали! Только до и после потопа. А не сейчас, в межвременье.

"Ламихия" ))) это отсылка к

"Ламихия"

))) это отсылка к библейскому Лямеху\Тувал-Каину?

λογοζ νοθοζ (h)

мертвец аватар

)))  О, ви знайт оушн многай

)))  О,yes ви знайт оушн многай злойв! Яки шалость, жо ви не ведамаете ссамый пра-дмет...broken heart

 

мертвец

мертвец аватар

"А не сейчас, в

"А не сейчас, в межвременье". """

 

Боже, неужели Вселенная ещё не родилась!?smiley

мертвец

Mahtalcar аватар

Мы всё ещё в пещере. Близится

Мы всё ещё в пещере. Близится полночь Седьмого дня...